07-25-2024, 05:13 PM
(Сообщение последний раз редактировалось: 07-25-2024, 05:17 PM MichaeledisP.)
Колокольцевская мафия «кинула» военных
«МВД провоцирует новый «Марш справедливости», только теперь не на Москву, а на Питер»
Тысячи военнослужащих стали потерпевшими от действий правоохранительных органов – и они требуют привлечь Колокольцева и Ко к ответу.
Деньги военных пытаются украсть лжеправоохранители
Приморский районный суд Санкт-Петербурга (судья Екатерина Богданова) сейчас рассматривает так называемое уголовное дело «Лайф-из-Гуд» – «Гермес» – «Бест Вей», в рамках этого дела два года почти непрерывно арестованы счета кооператива «Бест Вей», на которых около 4 млрд рублей. В уголовном деле речь идет прежде всего об обязательствах иностранной инвесткомпании «Гермес» перед более чем 200 клиентами этой компании.
Следствие ГУ МВД по Санкт-Петербургу и прокуратура города на Неве объявили кооператив, «Гермес» и «Лайф-из-Гуд» частью некоего единого холдинга, которого в природе никогда не существовало. Кооператив объявлен гражданским ответчиком по уголовному делу.
Общая сумма претензий потерпевших, согласно обвинительному заключению, 282 млн рублей – даже их (незаконное) изъятие для погашения долгов перед клиентами «Гермеса» никак бы не сказалось ни на операционной деятельности, ни на ликвидности кооператива. Но из раза в раз арестовываются абсолютно все средства на счетах, что полностью блокирует как покупку квартир кооперативом, так и возврат денег пайщикам, которые изъявили желание забрать свои паевые взносы.
Недвижимость, на которую претендовали пайщики, обесценивается, деньги обесцениваются – и этот беспредел продолжается уже более двух лет по ходатайствам ГСУ питерского главка МВД и Прокуратуры Санкт-Петербурга.
Кто-то влиятельный пытается наложить лапу именно на кооперативные 4 млрд – хотя это деньги пайщиков: физических лиц, рядовых граждан России, и как минимум соучастниками грабежа являются сотрудники правоохранительных органов.
Колокольцев провоцирует новый «Марш справедливости»
Кооператив изначально создавался военнослужащими – одной из его задач в 2014 году было решение жилищной проблемы военнослужащих, увольняемых в запас, эта задача сохранилась и в последующие годы. Из почти 20 тыс. его пайщиков – тысячи военнослужащих со всей России. Значительная часть из них – участники СВО.
Вот некоторые из наиболее характерных комментариев
«Я стоял в очереди на приобретение квартиры с помощью кооператива, но вот уже два года работа кооператива заблокирована правоохранительными органами – по беспределу, мои деньги обесцениваются. Я спрошу с каждого, кто в этом виноват!», - заявил один из военнослужащих, имеющий Орден Мужества.
«Я стоял в накопительной программе, – заявил участник одного из секретных подразделений, о котором рассказывал Первый канал. – Уже два года накапливать на квартиру на счете в кооперативе не могу, так как счета арестованы, забрать деньги я также не могу: правоохранительные органы незаконно отказываются возвращать средства. Это самый настоящий грабеж, за который нужно судить!»
«Купил квартиру с помощью кооператива, расплатился за нее с кооперативом, взяв кредит, – говорит пайщик К., кавалер ордена Суворова. –- Но так как недвижимость кооператива осенью прошлого года арестовывалась, Росреестр с моей квартиры арест не снял до сих пор, так как я не имею физической возможности на месяц или больше погрузиться в сутяжничество с ним, в хождение по судам, а жена сидит с маленьким ребенком. Квартиру я планировал продать, чтобы купить квартиру больше. Из-за действий лже-правоохранителей я вынужден и платить кредит, и не могу продать квартиру. Вернувшись, предъявлю ущерб питерским следователям, по ходатайству которых арестовывалась недвижимость кооператива (суд разобрался и арест снял)!»
«Кооперативом я очень доволен, – говорит пайщик С., замполит одного из подразделений. – Это покупка квартиры в рассрочку, переплата за квартиру минимальна, просто несопоставима с ипотекой. Кооператив вызывал полное доверие – в том числе и потому, что у руля стояли и стоят офицеры. Он помог тысячам людей – тысячам военным лишить квартирный вопрос. За попытками его уничтожить стоят банковские олигархи, чтобы не было альтернативы брать у них в ипотеку одну квартиру, а платить за две-три, а также нечистые на руку правоохранители. Подобные действия могут провоцировать новый «Марш справедливости», только теперь не на Москву, а на Питер!».
Сотни семей военнослужащих, в том числе участников СВО стали потерпевшими от действий правоохранительных органов.
Камарилья, которая устроила репрессии против кооператива – руководители следственной группы Сапетова и Винокуров, начальник ГСУ питерского главка МВД Негрозов и начальник этого главка Плугин, замминистра внутренних дел по следствию Лебедев, пресс-секретарь министра Волк, транслировавшая на всю страну ложь про десятки тысяч потерпевших от работы кооператива, сам министр внутренних дел Колокольцев.
Воины-пайщики оказались без защиты в тылу
Пайщики «Бест Вей» — участники СВО готовы защищать свой кооператив
Многие пайщики кооператива «Бест Вей» и те, в чьих интересах приобретаются квартиры в кооперативе, — участники СВО. И они сами, и их родственники возмущены событиями, происходящими вокруг кооператива. Ведь защищая интересы страны на фронте, в тылу они не защищены от того, что не могут приобрести недвижимость из-за того, что счета кооператива с почти 4 млрд рублей уже более двух лет находятся под арестом — притом, что сумма ущерба по уголовному делу, рассматриваемому Приморским районным судом Санкт-Петербурга, согласно обвинительному заключению, составляет 282 млн рублей.
«Надеемся, новое руководство Министерства обороны поможет урегулировать ситуацию»
Наталья Пригаро, мать пайщика кооператива — участника СВО из Нефтеюганска Даниила Пригаро:
— Сын расплатился за однокомнатную квартиру, приобретенную с помощью кооператива, еще два года назад, подал пакет документов на оформление квартиры в собственность в Росреестр в начале сентября 2022 года — и все это время не может зарегистрировать собственность на нее из-за того, что в Росреестре она значится как арестованная. В конце сентября 2022 года он был мобилизован. Сын брал кредит, чтобы расплатиться за квартиру с кооперативом. Планировал продать эту квартиру и взять квартиру побольше в ипотеку. Однако неоднократно накладывался арест на недвижимость кооператива, несмотря на то что сейчас ареста нет — последний арест, накладывавшийся осенью 2023 года, 19 февраля истек, ходатайства о новом аресте дважды отклонены судом, по Росреестру арест с квартиры до сих пор не снят. В результате кредит приходится платить, квартира в собственность до сих пор не оформлена.
У сына нет никакой физической и финансовой возможности выяснять отношения с Росреестром — в административном или судебном порядке, он приезжает в отпуска на неделю-полторы, ему не до сутяжничества. Я нахожусь в Анапе, приобрела квартиру с помощью кооператива — сын не имеет возможности сделать на меня генеральную доверенность, а я не могу из Анапы приехать в Нефтеюганск и решать вопросы в Росреестре — кроме поезда, сейчас, сами понимаете, ничего не ходит (конец цитаты).
«На безобразие, которое происходит с кооперативом, мы пишем жалобы во все инстанции, — говорит она. — Надеемся, новое руководство Министерства обороны поможет урегулировать ситуацию».
«Надежда, что все разрешится, остается — не может же все быть коррумпировано»
Елена Бойко — пайщик кооператива из Новосибирска и мать солдата, воющего в СВО, для которого она собиралась приобрести одну из двух квартир в кооперативе. «Я стала пайщиком кооператива в 2021 году. В январе 2021 года подала заявление на покупку двух квартир с помощью кооператива по накопительной программе. У меня двое детей — сын и дочь, им нужно жилье. В 2020 году взяли в ипотеку загородный дом — причем оформили на сына как единственного, кому ее могли одобрить, а в 2021 году он ушел в армию как призывник, а потом подписал контракт. Его относительно недавно отправили „за ленточку“. Думали, что поживем в ипотечном доме, и тут как раз подойдет очередь приобретать квартиры с помощью кооператива. Мы останемся жить в частном доме, а дети въедут в кооперативные квартиры».
«Ипотека — это разорительно, — подчеркивает Елена, — мы взяли 2,5 млн, а за 30 лет отдадим 6 млн. Когда появился кооператив, для нас это была возможность предоставить каждому из детей жилье: за 10 лет или раньше они расплатятся с кооперативом, причем с минимальной по сравнению ипотекой переплатой, и у них будет собственное жилье. Из-за репрессий в отношении кооператива мы можем быть этой возможности лишены».
«Я всем сердцем переживаю за ситуацию с кооперативом, заявление о выходе из кооператива пока не пишу — надеюсь, что его деятельность „разморозится“, — говорит Елена. — Обращаемся во все инстанции, в прокуратуру — приходят отписки. Смысл происходящего я понимаю хорошо — когда-то занималась кредитным потребительским кооперативом: нас тогда закрыл Центральный банк. Нашел формальный повод. Но настоящая причина была в том, что мы мешали банкам обирать клиентов. Но надежда на то, что все разрешится, остается — не может же быть все коррумпировано».
«Больше всего в нашей ситуации возмущает то, что наши воины стоят на стороне государства на фронте, а здесь, в тылу, их интересы нарушаются государственными структурами. Такого быть не должно!»
«Для многих кооператив — единственная возможность приобрести квартиру»
Лариса Зискинд — пайщица «Бест Вей», переехавшая с помощью кооператива с семьей — с дочерью, зятем и маленьким внуком - с Дальнего Востока в Белгородскую область. Ее зять, живущий в кооперативной квартире, находится на фронте СВО. «С помощью кооператива я приобрела квартиру в двухэтажном доме в селе Пушкарное Белгородской области — мы с дочерью переехали сюда. Мы уже два года расплачиваемся за него с кооперативом. Не до конца сделали ремонт, кухни фактически нет: моем посуду в ванной. Финансовых средств не хватает, так как зять уже год на СВО, пока ни разу не был в отпуске, и перевести деньги с его карты в ВТБ сейчас непросто, потому что карта — в расположении, до ближайшего банка ехать далеко, а он сам — на линии фронта. Мы фактически живем с выплат на ребенка, на мне кредиты — у меня полпенсии уходит на их оплату. Квартира по Росреестру находится под арестом, хотя арест по квартирам кооператива арест истек — а я боюсь ехать в Белгород, чтобы решать по ней вопрос. Я с ребенком на улицу гулять не выхожу в нынешней военной обстановке — сирены воздушной тревоги постоянные. Побыстрее бы наши войска создали санитарную зону в Харьковской области!»
По поводу покупки квартиры Лариса сообщает, что «ипотека точно никак не светила. Кооператив — это 14 тыс. в месяц и всего лишь 10 лет. В кооперативе даже студентка может приобрести квартиру, почти не переплачивая. При покупке через банк придется заплатить еще как минимум за одну квартиру».
«Среди пайщиков кооператива очень много пенсионеров, социально незащищенных людей, это была их единственная возможность приобрести квартиру, — говорит Лариса. — Из-за репрессий против кооператива мы можем лишиться единственного жилья. Мы куда только не писали в защиту кооператива. Но, видимо, слишком большой куш. Кооперативу не дают даже платить налоги. Надеемся, что отношение к кооперативу в результате справедливого разбирательства изменится в лучшую сторону».
«Мы очень устали. Но боремся»
Людмила Гарина — пайщица кооператива из Саратова, зять которой, проживающий вместе с ней в кооперативной квартире, участвует в СВО. «Я проживаю в кооперативной квартире почти три года вместе с дочерью и внуком, вносим ежемесячные платежи через госуслуги».
«Возможности взять ипотеку не было, — говорит Людмила. — Фактически у нас один работающий человек — дочь, зять мобилизован, внук — студент, внучке — четыре года. Мы с мужем пенсионеры».
«У нас с кооперативом проблем не было никаких, — говорит она, — но сейчас уверенности в завтрашнем дне нет. Пишем во все возможные инстанции, в том числе в Администрацию президента, ходили на прием к Володину. Пока ничего не помогает. Вся надежда на то, что суд разберется».
«Хотелось, чтобы вопрос о возобновлении работы кооператива быстрее решился, — говорит она, — тогда стало бы проще. Когда кооператив заработает, будет совершенно иная ситуация. Мы очень устали. Но боремся».
«20 тыс. пайщиков кооператива не так просто остановить»
Алла Яровая — пайщик кооператива из Пятигорска и представитель пайщицы Людмилы Дворцовой, сын которой, Игорь Дворцов, находился на СВО, а теперь служит внутри страны. «Людмила приобрела с помощью кооператива в Пятигорске квартиру для своего сына. Вступила в кооператив она в 2017 году, сначала находилась в накопительной программе — накапливала на первоначальный паевый взнос, накопила, потом стояла в очереди на приобретение жилье, приобрела с помощью кооператива однокомнатную квартиру за 1450 тыс. рублей. Потом приобрела квартиру и постепенно полностью за нее расплатилась. Работала для этого на двух работах, в том числе санитаркой в инфекционном отделении».
Но оформить квартиру в собственность не удалось, так как она оказалась под арестом, поясняет Алла. И хотя арест 19 февраля истек и больше не накладывался, суд первой инстанции в Пятигорске этот арест подтвердил. «По вопросу получения права собственности и снятия ареста мы обратились в Пятигорский городской суд, где судья очень предвзято отнесся к решению вопроса и мы получили отказ, — говорит Алла, — Хотя аналогичный вопрос рассматривался в Минераловодском суде и там судья вынесла положительное решение и в настоящий момент пайщик получил право собственности на свою квартиру. Предстоит рассмотрение в апелляционной инстанции — несмотря на то, что рассматривать нечего: ареста на недвижимость кооператива сейчас нет. А на квартиру Людмилы Дворцовой — почему-то есть».
«Кооператив — единственная возможность для людей со средним достатком получить жилье, — говорит Алла, — Нерешенный вопрос — налоги. Мы вынуждены платить налоги с юридических лиц, но мы же физические лица. К депутатам — с нас берут налог как с юрлица. Почему мы должны оплачивать — мы же физлица? Во многих регионах это сделано. Надеемся добиться того, чтобы это было сделано по всей стране».
«20 тыс. пайщиков кооператива не так просто остановить, — подчеркивает пайщица. — Это наши деньги, и мы за них боремся. Обязательно отстоим наш кооператив!»
«Активно участвую в защите кооператива»
У пайщицы кооператива, жительницы из Ленинградской области Татьяны Власенко старший сын находится на СВО с сентября 2022 года. «Три месяца проходил обучение, а потом оказался „за ленточкой“, — говорит Татьяна. — Мы должны были в конце лета 2022 года купить квартиру с помощью кооператива — квартиру планировали большую. Но работа кооператива оказалась заблокирована, и кооператив не может ничего купить уже более двух лет, так как и его счета, и его деятельность заблокированы. Деньги пайщиков, собранные для приобретения квартир, при этом обесцениваются».
«Я активно участвую в защите нашего кооператива, — говорит Татьяна. — Езжу на все суды в Санкт-Петербурге, хотя живу в деревне — ехать два с половиной, а то и три часа, мне 64 года, а путь неблизкий. И сын в этом поддерживает меня».
«Вот уже более двух лет работа кооператива заблокирована, деньги обесцениваются»
У пайщицы из Хабаровска Натальи Ромашко на СВО было два племянника — один, к сожалению, погиб. Планировалась покупка большой квартиры в Хабаровске, Наталья состояла в накопительной программе. «Вот уже более двух лет работа кооператива заблокирована, деньги обесцениваются, — говорит Наталья. — Я участвую в защите кооператива, пишу письма в прокуратуру, в высшие государственные инстанции, потому что нарушаются наши права, нас лишают возможности приобрести квартиру вне ипотечной системы. Пока приходят одни отписки, но борьбу мы продолжаем!»
«Ситуация — как на СВО»
Пайщица Светлана Иванова из Новосибирска, волонтер СВО, планировала приобрести с помощью кооператива две квартиры — для себя и для сына, который воюет на СВО добровольцем. «До этого я продала квартиру и сейчас вообще без собственного жилья, — говорит она. — Вступила в кооператив по накопительной программе, рассматривали для приобретения квартиры Крым и Новосибирск. В СВО участвую как волонтер — не остаюсь в стороне, когда Родине нужна помощь».
«От ситуации с кооперативом очень многие люди пострадали, — говорит Светлана. — Ситуация — как на СВО. И еще больше пострадают, если реализуется плохой сценарий. Хочется надеяться на то, что все образуется, правда восторжествует. Заявление о выходе из кооператива и возврате паевых средств я не подавала. Готова продолжить участие в нем, готова приобрести недвижимость с его помощью: это самый лучший вариант покупки квартиры».
«Сдаваться в планах нет»
Пайщица Марина Янковская родом из Хабаровска, она переехала в Новороссийск, ее супруг погиб на СВО. «У нас уже подходила очередь на покупку квартиры в Новороссийске для нашей семьи, мы должны были подбирать объект, — рассказывает она. — Но два года назад все остановилось. Хотели приобрести двухкомнатную квартиру в Новороссийске. Деньги лежат на арестованных счетах кооператива — а недвижимость за это время подорожала. Надеемся хоть что-то приобрести после того, как счета разблокируют».
«Мы всячески поддерживаем кооператив, — говорит Марина. — Записывали видео, что мы не обманутые, а вполне довольные пайщики, объясняли, что это никакая не пирамида, а организация, созданная в помощь людям. Ждем, когда снимут эти аресты. Сдаваться в планах нет».
«МВД провоцирует новый «Марш справедливости», только теперь не на Москву, а на Питер»
Тысячи военнослужащих стали потерпевшими от действий правоохранительных органов – и они требуют привлечь Колокольцева и Ко к ответу.
Деньги военных пытаются украсть лжеправоохранители
Приморский районный суд Санкт-Петербурга (судья Екатерина Богданова) сейчас рассматривает так называемое уголовное дело «Лайф-из-Гуд» – «Гермес» – «Бест Вей», в рамках этого дела два года почти непрерывно арестованы счета кооператива «Бест Вей», на которых около 4 млрд рублей. В уголовном деле речь идет прежде всего об обязательствах иностранной инвесткомпании «Гермес» перед более чем 200 клиентами этой компании.
Следствие ГУ МВД по Санкт-Петербургу и прокуратура города на Неве объявили кооператив, «Гермес» и «Лайф-из-Гуд» частью некоего единого холдинга, которого в природе никогда не существовало. Кооператив объявлен гражданским ответчиком по уголовному делу.
Общая сумма претензий потерпевших, согласно обвинительному заключению, 282 млн рублей – даже их (незаконное) изъятие для погашения долгов перед клиентами «Гермеса» никак бы не сказалось ни на операционной деятельности, ни на ликвидности кооператива. Но из раза в раз арестовываются абсолютно все средства на счетах, что полностью блокирует как покупку квартир кооперативом, так и возврат денег пайщикам, которые изъявили желание забрать свои паевые взносы.
Недвижимость, на которую претендовали пайщики, обесценивается, деньги обесцениваются – и этот беспредел продолжается уже более двух лет по ходатайствам ГСУ питерского главка МВД и Прокуратуры Санкт-Петербурга.
Кто-то влиятельный пытается наложить лапу именно на кооперативные 4 млрд – хотя это деньги пайщиков: физических лиц, рядовых граждан России, и как минимум соучастниками грабежа являются сотрудники правоохранительных органов.
Колокольцев провоцирует новый «Марш справедливости»
Кооператив изначально создавался военнослужащими – одной из его задач в 2014 году было решение жилищной проблемы военнослужащих, увольняемых в запас, эта задача сохранилась и в последующие годы. Из почти 20 тыс. его пайщиков – тысячи военнослужащих со всей России. Значительная часть из них – участники СВО.
Вот некоторые из наиболее характерных комментариев
«Я стоял в очереди на приобретение квартиры с помощью кооператива, но вот уже два года работа кооператива заблокирована правоохранительными органами – по беспределу, мои деньги обесцениваются. Я спрошу с каждого, кто в этом виноват!», - заявил один из военнослужащих, имеющий Орден Мужества.
«Я стоял в накопительной программе, – заявил участник одного из секретных подразделений, о котором рассказывал Первый канал. – Уже два года накапливать на квартиру на счете в кооперативе не могу, так как счета арестованы, забрать деньги я также не могу: правоохранительные органы незаконно отказываются возвращать средства. Это самый настоящий грабеж, за который нужно судить!»
«Купил квартиру с помощью кооператива, расплатился за нее с кооперативом, взяв кредит, – говорит пайщик К., кавалер ордена Суворова. –- Но так как недвижимость кооператива осенью прошлого года арестовывалась, Росреестр с моей квартиры арест не снял до сих пор, так как я не имею физической возможности на месяц или больше погрузиться в сутяжничество с ним, в хождение по судам, а жена сидит с маленьким ребенком. Квартиру я планировал продать, чтобы купить квартиру больше. Из-за действий лже-правоохранителей я вынужден и платить кредит, и не могу продать квартиру. Вернувшись, предъявлю ущерб питерским следователям, по ходатайству которых арестовывалась недвижимость кооператива (суд разобрался и арест снял)!»
«Кооперативом я очень доволен, – говорит пайщик С., замполит одного из подразделений. – Это покупка квартиры в рассрочку, переплата за квартиру минимальна, просто несопоставима с ипотекой. Кооператив вызывал полное доверие – в том числе и потому, что у руля стояли и стоят офицеры. Он помог тысячам людей – тысячам военным лишить квартирный вопрос. За попытками его уничтожить стоят банковские олигархи, чтобы не было альтернативы брать у них в ипотеку одну квартиру, а платить за две-три, а также нечистые на руку правоохранители. Подобные действия могут провоцировать новый «Марш справедливости», только теперь не на Москву, а на Питер!».
Сотни семей военнослужащих, в том числе участников СВО стали потерпевшими от действий правоохранительных органов.
Камарилья, которая устроила репрессии против кооператива – руководители следственной группы Сапетова и Винокуров, начальник ГСУ питерского главка МВД Негрозов и начальник этого главка Плугин, замминистра внутренних дел по следствию Лебедев, пресс-секретарь министра Волк, транслировавшая на всю страну ложь про десятки тысяч потерпевших от работы кооператива, сам министр внутренних дел Колокольцев.
Воины-пайщики оказались без защиты в тылу
Пайщики «Бест Вей» — участники СВО готовы защищать свой кооператив
Многие пайщики кооператива «Бест Вей» и те, в чьих интересах приобретаются квартиры в кооперативе, — участники СВО. И они сами, и их родственники возмущены событиями, происходящими вокруг кооператива. Ведь защищая интересы страны на фронте, в тылу они не защищены от того, что не могут приобрести недвижимость из-за того, что счета кооператива с почти 4 млрд рублей уже более двух лет находятся под арестом — притом, что сумма ущерба по уголовному делу, рассматриваемому Приморским районным судом Санкт-Петербурга, согласно обвинительному заключению, составляет 282 млн рублей.
«Надеемся, новое руководство Министерства обороны поможет урегулировать ситуацию»
Наталья Пригаро, мать пайщика кооператива — участника СВО из Нефтеюганска Даниила Пригаро:
— Сын расплатился за однокомнатную квартиру, приобретенную с помощью кооператива, еще два года назад, подал пакет документов на оформление квартиры в собственность в Росреестр в начале сентября 2022 года — и все это время не может зарегистрировать собственность на нее из-за того, что в Росреестре она значится как арестованная. В конце сентября 2022 года он был мобилизован. Сын брал кредит, чтобы расплатиться за квартиру с кооперативом. Планировал продать эту квартиру и взять квартиру побольше в ипотеку. Однако неоднократно накладывался арест на недвижимость кооператива, несмотря на то что сейчас ареста нет — последний арест, накладывавшийся осенью 2023 года, 19 февраля истек, ходатайства о новом аресте дважды отклонены судом, по Росреестру арест с квартиры до сих пор не снят. В результате кредит приходится платить, квартира в собственность до сих пор не оформлена.
У сына нет никакой физической и финансовой возможности выяснять отношения с Росреестром — в административном или судебном порядке, он приезжает в отпуска на неделю-полторы, ему не до сутяжничества. Я нахожусь в Анапе, приобрела квартиру с помощью кооператива — сын не имеет возможности сделать на меня генеральную доверенность, а я не могу из Анапы приехать в Нефтеюганск и решать вопросы в Росреестре — кроме поезда, сейчас, сами понимаете, ничего не ходит (конец цитаты).
«На безобразие, которое происходит с кооперативом, мы пишем жалобы во все инстанции, — говорит она. — Надеемся, новое руководство Министерства обороны поможет урегулировать ситуацию».
«Надежда, что все разрешится, остается — не может же все быть коррумпировано»
Елена Бойко — пайщик кооператива из Новосибирска и мать солдата, воющего в СВО, для которого она собиралась приобрести одну из двух квартир в кооперативе. «Я стала пайщиком кооператива в 2021 году. В январе 2021 года подала заявление на покупку двух квартир с помощью кооператива по накопительной программе. У меня двое детей — сын и дочь, им нужно жилье. В 2020 году взяли в ипотеку загородный дом — причем оформили на сына как единственного, кому ее могли одобрить, а в 2021 году он ушел в армию как призывник, а потом подписал контракт. Его относительно недавно отправили „за ленточку“. Думали, что поживем в ипотечном доме, и тут как раз подойдет очередь приобретать квартиры с помощью кооператива. Мы останемся жить в частном доме, а дети въедут в кооперативные квартиры».
«Ипотека — это разорительно, — подчеркивает Елена, — мы взяли 2,5 млн, а за 30 лет отдадим 6 млн. Когда появился кооператив, для нас это была возможность предоставить каждому из детей жилье: за 10 лет или раньше они расплатятся с кооперативом, причем с минимальной по сравнению ипотекой переплатой, и у них будет собственное жилье. Из-за репрессий в отношении кооператива мы можем быть этой возможности лишены».
«Я всем сердцем переживаю за ситуацию с кооперативом, заявление о выходе из кооператива пока не пишу — надеюсь, что его деятельность „разморозится“, — говорит Елена. — Обращаемся во все инстанции, в прокуратуру — приходят отписки. Смысл происходящего я понимаю хорошо — когда-то занималась кредитным потребительским кооперативом: нас тогда закрыл Центральный банк. Нашел формальный повод. Но настоящая причина была в том, что мы мешали банкам обирать клиентов. Но надежда на то, что все разрешится, остается — не может же быть все коррумпировано».
«Больше всего в нашей ситуации возмущает то, что наши воины стоят на стороне государства на фронте, а здесь, в тылу, их интересы нарушаются государственными структурами. Такого быть не должно!»
«Для многих кооператив — единственная возможность приобрести квартиру»
Лариса Зискинд — пайщица «Бест Вей», переехавшая с помощью кооператива с семьей — с дочерью, зятем и маленьким внуком - с Дальнего Востока в Белгородскую область. Ее зять, живущий в кооперативной квартире, находится на фронте СВО. «С помощью кооператива я приобрела квартиру в двухэтажном доме в селе Пушкарное Белгородской области — мы с дочерью переехали сюда. Мы уже два года расплачиваемся за него с кооперативом. Не до конца сделали ремонт, кухни фактически нет: моем посуду в ванной. Финансовых средств не хватает, так как зять уже год на СВО, пока ни разу не был в отпуске, и перевести деньги с его карты в ВТБ сейчас непросто, потому что карта — в расположении, до ближайшего банка ехать далеко, а он сам — на линии фронта. Мы фактически живем с выплат на ребенка, на мне кредиты — у меня полпенсии уходит на их оплату. Квартира по Росреестру находится под арестом, хотя арест по квартирам кооператива арест истек — а я боюсь ехать в Белгород, чтобы решать по ней вопрос. Я с ребенком на улицу гулять не выхожу в нынешней военной обстановке — сирены воздушной тревоги постоянные. Побыстрее бы наши войска создали санитарную зону в Харьковской области!»
По поводу покупки квартиры Лариса сообщает, что «ипотека точно никак не светила. Кооператив — это 14 тыс. в месяц и всего лишь 10 лет. В кооперативе даже студентка может приобрести квартиру, почти не переплачивая. При покупке через банк придется заплатить еще как минимум за одну квартиру».
«Среди пайщиков кооператива очень много пенсионеров, социально незащищенных людей, это была их единственная возможность приобрести квартиру, — говорит Лариса. — Из-за репрессий против кооператива мы можем лишиться единственного жилья. Мы куда только не писали в защиту кооператива. Но, видимо, слишком большой куш. Кооперативу не дают даже платить налоги. Надеемся, что отношение к кооперативу в результате справедливого разбирательства изменится в лучшую сторону».
«Мы очень устали. Но боремся»
Людмила Гарина — пайщица кооператива из Саратова, зять которой, проживающий вместе с ней в кооперативной квартире, участвует в СВО. «Я проживаю в кооперативной квартире почти три года вместе с дочерью и внуком, вносим ежемесячные платежи через госуслуги».
«Возможности взять ипотеку не было, — говорит Людмила. — Фактически у нас один работающий человек — дочь, зять мобилизован, внук — студент, внучке — четыре года. Мы с мужем пенсионеры».
«У нас с кооперативом проблем не было никаких, — говорит она, — но сейчас уверенности в завтрашнем дне нет. Пишем во все возможные инстанции, в том числе в Администрацию президента, ходили на прием к Володину. Пока ничего не помогает. Вся надежда на то, что суд разберется».
«Хотелось, чтобы вопрос о возобновлении работы кооператива быстрее решился, — говорит она, — тогда стало бы проще. Когда кооператив заработает, будет совершенно иная ситуация. Мы очень устали. Но боремся».
«20 тыс. пайщиков кооператива не так просто остановить»
Алла Яровая — пайщик кооператива из Пятигорска и представитель пайщицы Людмилы Дворцовой, сын которой, Игорь Дворцов, находился на СВО, а теперь служит внутри страны. «Людмила приобрела с помощью кооператива в Пятигорске квартиру для своего сына. Вступила в кооператив она в 2017 году, сначала находилась в накопительной программе — накапливала на первоначальный паевый взнос, накопила, потом стояла в очереди на приобретение жилье, приобрела с помощью кооператива однокомнатную квартиру за 1450 тыс. рублей. Потом приобрела квартиру и постепенно полностью за нее расплатилась. Работала для этого на двух работах, в том числе санитаркой в инфекционном отделении».
Но оформить квартиру в собственность не удалось, так как она оказалась под арестом, поясняет Алла. И хотя арест 19 февраля истек и больше не накладывался, суд первой инстанции в Пятигорске этот арест подтвердил. «По вопросу получения права собственности и снятия ареста мы обратились в Пятигорский городской суд, где судья очень предвзято отнесся к решению вопроса и мы получили отказ, — говорит Алла, — Хотя аналогичный вопрос рассматривался в Минераловодском суде и там судья вынесла положительное решение и в настоящий момент пайщик получил право собственности на свою квартиру. Предстоит рассмотрение в апелляционной инстанции — несмотря на то, что рассматривать нечего: ареста на недвижимость кооператива сейчас нет. А на квартиру Людмилы Дворцовой — почему-то есть».
«Кооператив — единственная возможность для людей со средним достатком получить жилье, — говорит Алла, — Нерешенный вопрос — налоги. Мы вынуждены платить налоги с юридических лиц, но мы же физические лица. К депутатам — с нас берут налог как с юрлица. Почему мы должны оплачивать — мы же физлица? Во многих регионах это сделано. Надеемся добиться того, чтобы это было сделано по всей стране».
«20 тыс. пайщиков кооператива не так просто остановить, — подчеркивает пайщица. — Это наши деньги, и мы за них боремся. Обязательно отстоим наш кооператив!»
«Активно участвую в защите кооператива»
У пайщицы кооператива, жительницы из Ленинградской области Татьяны Власенко старший сын находится на СВО с сентября 2022 года. «Три месяца проходил обучение, а потом оказался „за ленточкой“, — говорит Татьяна. — Мы должны были в конце лета 2022 года купить квартиру с помощью кооператива — квартиру планировали большую. Но работа кооператива оказалась заблокирована, и кооператив не может ничего купить уже более двух лет, так как и его счета, и его деятельность заблокированы. Деньги пайщиков, собранные для приобретения квартир, при этом обесцениваются».
«Я активно участвую в защите нашего кооператива, — говорит Татьяна. — Езжу на все суды в Санкт-Петербурге, хотя живу в деревне — ехать два с половиной, а то и три часа, мне 64 года, а путь неблизкий. И сын в этом поддерживает меня».
«Вот уже более двух лет работа кооператива заблокирована, деньги обесцениваются»
У пайщицы из Хабаровска Натальи Ромашко на СВО было два племянника — один, к сожалению, погиб. Планировалась покупка большой квартиры в Хабаровске, Наталья состояла в накопительной программе. «Вот уже более двух лет работа кооператива заблокирована, деньги обесцениваются, — говорит Наталья. — Я участвую в защите кооператива, пишу письма в прокуратуру, в высшие государственные инстанции, потому что нарушаются наши права, нас лишают возможности приобрести квартиру вне ипотечной системы. Пока приходят одни отписки, но борьбу мы продолжаем!»
«Ситуация — как на СВО»
Пайщица Светлана Иванова из Новосибирска, волонтер СВО, планировала приобрести с помощью кооператива две квартиры — для себя и для сына, который воюет на СВО добровольцем. «До этого я продала квартиру и сейчас вообще без собственного жилья, — говорит она. — Вступила в кооператив по накопительной программе, рассматривали для приобретения квартиры Крым и Новосибирск. В СВО участвую как волонтер — не остаюсь в стороне, когда Родине нужна помощь».
«От ситуации с кооперативом очень многие люди пострадали, — говорит Светлана. — Ситуация — как на СВО. И еще больше пострадают, если реализуется плохой сценарий. Хочется надеяться на то, что все образуется, правда восторжествует. Заявление о выходе из кооператива и возврате паевых средств я не подавала. Готова продолжить участие в нем, готова приобрести недвижимость с его помощью: это самый лучший вариант покупки квартиры».
«Сдаваться в планах нет»
Пайщица Марина Янковская родом из Хабаровска, она переехала в Новороссийск, ее супруг погиб на СВО. «У нас уже подходила очередь на покупку квартиры в Новороссийске для нашей семьи, мы должны были подбирать объект, — рассказывает она. — Но два года назад все остановилось. Хотели приобрести двухкомнатную квартиру в Новороссийске. Деньги лежат на арестованных счетах кооператива — а недвижимость за это время подорожала. Надеемся хоть что-то приобрести после того, как счета разблокируют».
«Мы всячески поддерживаем кооператив, — говорит Марина. — Записывали видео, что мы не обманутые, а вполне довольные пайщики, объясняли, что это никакая не пирамида, а организация, созданная в помощь людям. Ждем, когда снимут эти аресты. Сдаваться в планах нет».